Reshetnjak-2018-04-21

Subject: :Жизнь

Date: 2018. gada 21. aprīlis 03:31:52

From: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

To: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

Глубокоуважаемый Андрей Брониславович!

Получил Ваше письмо, большое спасибо. Я думал, что Вы обиделись на меня за господина Эгле, но Вы отнеслись к делу с полным пониманием. История Жореса Медведева, которую Вы сообщили мне [2018-04-20], очень интересна.

В свою очередь я расскажу Вам историю, связанную с моим учителем академиком Александром Даниловичем Александровым. В свое время, когда происходили дискуссии на тему об идеализме в физике, он много участвовал в этих дискуссиях. В целом его позиция была абсолютно правильной, но некоторые его выступления оказались неудачными. Много лет спустя нашлись деятели, которые, вспомнив эти его неудачи, попытались обвинить А.Д. в грехах, в которых он был вовсе неповинен.

Расскажу одну историю. С 1952-го по 1964-й год А.Д. Александров был ректором Ленинградского государственного университета. И во время его ректорства произошли такие события. До 1951-го года заведующим кафедр дарвинизма в Ленинградском и Московском университетах был И.И. Презент, главный идеолог лысенковщины. Предшественник Александрова на посту ректора А.А. Ильюшин, член-корр. АН СССР, механик, специалист в области механики сплошной среды, сумел уволить Презента с этого поста. Формально, как не выполнившего план научной работы, но были и другие претензии к нему. Вместо Презента заведующим этой кафедры был назначен другой человек. Ильюшин пробыл на посту ректора совсем недолго и после него ректором был назначен А.Д. Александров. Через некоторое время Александрову пришел приказ из министерства образования – восстановить Презента в должности заведующего кафедрой. А.Д. пытался объяснить чиновникам в министерстве, что у него нет претензий к уже имеющемуся заведующему кафедрой и он не считает возможным вернуть на эту должность Презента. Министерство настаивало. Где-то, кажется, в 1954-м году, в Ленинграде происходило какое-то партийное мероприятие с участием Н.С. Хрущева, первого секретаря ЦК, на которое были приглашены руководители местных вузов. В своем выступлении Александров неосторожным образом рассказал о конфликте, который у него возник с министерством. Он имел смелость заявить, что Презент заведовать кафедрой в Ленинградском университете не будет. Эти его слова аудитория встретила аплодисментами. В своем заключительном выступлении Хрущев о выступлении А.Д. сказал такие слова: «Как это так, ректор не выполняет приказ министерства, да в военное время за это расстреливали!» Как потом рассказывал Александрову партийный начальник, после окончания заседания Хрущев спросил у него, как он, Александров, работает. Начальник ответил: «Хорошо работает у нас к нему претензий нет». Тогда Хрущев сказал: «Ну и пусть работает». Как говорил об этом А.Д. – Хрущев он был хотя и дикий, но человекообразный.

История на этом не закончилась. На следующий день в своей приемной в ЛГУ Александров увидел Презента, который подал ему заявление – подпишите. Но Александров не подписал и пришлось Презенту возвращаться в Москву, как говорится, не солоно хлебавши.

В 1957-м году в Ленинградском Университете М.Е. Лобашев начал читать современный курс генетики. В 1963-м году по материалам этого курса в издательстве Ленинградского университета была издана книга Лобашева «Генетика». Это была первая книга по основам научной генетики, изданная в СССР после войны. При ее издании пришлось преодолевать серьезные препятствия – органы цензуры имели сомнения, но твердая позиция ректора университета позволила эти препятствия преодолеть.

Сказанное выглядит, может быть, не столь впечатляюще, как история Жореса Медведева. Как бы не сложились дела у Александрова, звание члена корреспондента АН СССР, которое он имел на тот момент, за ним оставалось бы вместе с весьма солидной по тем временам платой за звание, а вместе с ним также и рабочее место в одном из институтов Академии наук. Но партбилета он мог лишиться и это могло стать серьезным препятствием в его дальнейшей академической карьере.

Восстановление преподавания научной генетики в одном из главных университетов страны и издание книги Лобашева – всё это очень серьезная заслуга перед страной. Главная роль в этом деле принадлежала, конечно, биологам, работавшим в ЛГУ, но без поддержки ректора у них ничего бы не вышло.

Не могу не вспомнить, что Александров пригласил на работу в ЛГУ В.А. Рохлина, блестящего ученого и педагога, специалиста в области топологии. До этого Рохлин работал где-то на периферии – в Москве ему места не нашлось по причине его национальности. Известный всем М.Л. Громов – ученик Рохлина.

Еще анекдот, относящийся к периоду ректорской деятельности Александрова. Некто обращается к ректору Ленинградского университета с заявлением: «Прашу пренять меня в осперантуру». Резолюция ректора на этом заявлении была: «Атказать!»

Ну вот пожалуй всё, что я мог Вам интересного сообщить. История с Презентом приводится в книге «Репрессированная наука .2». Там содержится интервью с Александровым, которое я, собственно говоря, и воспроизвел, естественно, не столь красочно и ярко, как это было сделано самим А.Д.

С искренним уважением Ваш Ю.Г. Решетняк

Reshetnjak-2018-04-18

Subject: Egletizatsia wseja mathematicae

Date: 2018. gada 18. aprīlis 09:03:28

From: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

To: <andrejs.cibulis@inbox.lv>

Глубокоуважаемый Андрей Брониславович,

Прочитав еще раз Ваше письмо, я решил написать Вам несколько строчек с разъяснением моей позиции. Несколько строчек заняли аж 4 страницы, видимо, от Эгле заразился страстью к многословию. К письму я добавляю еще одну статейку, которую скачал в интернете – это статья из некоего справочника на тему «существование математическое». Я даже рекомендовал бы Вам выложить ее на сайте Вашей комиссии. Всё же читателям полезно будет знать, как некоторые вещи понимаются в математике.

Кстати сказать, то, что Эгле параноик мне сказал Александров в самом начале моей переписки с Ип-ой. (Эту информацию прошу нигде не выставлять).

С уважением, Ваш Ю.Г. Решетняк

Прикрепленные файлы: nafiga.pdf, philos01.pdf.

Subject: Re: Egletizatsia wseja mathematicae

Date: 2018. gada 18. aprīlis 23:14:01

From: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

To: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

Кстати сказать, то, что Эгле параноик мне сказал Александров в самом начале моей переписки с Ип-ой.

Можете ли Вы переслать мне то письмо Александрова, в котором он это говорит?

С уважением,

А.Б. Цибулис

Date: 2018. gada 19. aprīlis 01:29:29

From: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

To: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

Было давно, но поищу Ю.Г.Р.

Subject: Re[2]: Egletizatsia wseja mathematicae

Date: 2018. gada 19. aprīlis 02:01:46

From: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

To: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

В письме от 9.10.2014 было сказано следующее:

Что касается «Ипатьевой», то тут нужна большая осмотрительность, потому что у меня нет сомнений в «её» психопатичности – «психопатия паранойяльного круга».

Ю.Г.Р.

Subject: Re: Re[2]: Egletizatsia wseja mathematicae

Date: 2018. gada 20. aprīlis 16:09:32

From: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

To: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

Многоуважаемый Юрий Григорьевич,

Жаль, что Вы не переслали мне всё письмо, как я просил, чтобы увидеть полный контекст. Вырванные из контекста слова могут искажать смысл и значение сказанного – вплоть до противоположного. Во всяком случае теперь приходится думать, что и Е.Б. Александров когда-то находился (или находится еще сейчас) в той или иной степени во власти тех бредовых идей, о которых говорилось в

http://comfadde.blogspot.com/2018/03/egle-2018-03-21.html.

В заключение скопирую главу «Борьба за освобождение Жореса» из сочинения Роя Медведева «Солженицын и Сахаров» (М., 2002):

http://www.belousenko.com/books/medvedev/medvedev_solzh_sakharov.htm.

Слова Капицы выделены мной. Как и Сахаров в том эпизоде, я не могу считать это наше «письменное совещание» конфиденциальным и, конечно же, опубликую эти письма.

С уважением,

А.Б.Ц.

Борьба за освобождение Жореса

Сахаров провел в больнице больше месяца, но в мае 1970 года он был уже дома и активно включился как в научную работу, так и во всё более увлекавшую его общественную деятельность. Однако сравнительно спокойное течение его жизни, а в еще большей степени и моей, было нарушено в самом конце мая, когда моего брата, ученого и публициста, автора научных монографий по биохимии и острых публицистических книг о судьбе советской науки, страдающей от множества ограничений, цензуры и произвола властей, неожиданно и с применением силы поместили в одно из отделений областной психиатрической больницы в г. Калуге. Мой брат жил и работал в г. Обнинске Калужской области, и обо всем происшедшем я узнал из телефонного звонка его жены вечером 29 мая. Я тут же сообщил обо всем многим своим друзьям и знакомым, и одним из первых мое сообщение получил А.Д. Сахаров. Он задал мне несколько вопросов, а потом медленно произнес: «Посмотрим».

История о том, как многие из деятелей советской интеллигенции боролись в течение трех недель за освобождение Жореса, была описана нами осенью того же года в небольшой книге «Кто сумасшедший?», которая вышла в свет на многих языках в 1971 году. В СССР она была опубликована только в 1989 году в журнале «Искусство кино» в качестве готового киносценария (№№ 4 и 5). Но фильм так и не вышел: – не так просто было подыскать артистов на роли Сахарова, Солженицына, Твардовского, Гранина, Капицы и других. Это был первый крупный успех правозащитного движения и первое поражение властей. Сахаров называет в своих воспоминаниях этот случай исключительным. Андрей Дмитриевич не смог поехать в Калужскую больницу, как это делали другие. Он был еще не совсем здоров. Но он не ограничился и отправкой телеграмм протеста ко всем руководителям страны и в Министерство здравоохранения. Узнав, что 31 мая в Институте генетики АН СССР происходит большой международный семинар по биохимии и генетике, он пришел на заседание, поднялся к доске, на которой ученые во время докладов рисовали свои схемы и формулы, и написал объявление: – «Я, Сахаров А.Д., собираю подписи под обращением в защиту биолога Жореса Медведева, насильно и беззаконно помещенного в психиатрическую больницу за его публицистические выступления. Обращаться ко мне в перерыве заседания и по моему домашнему адресу». (Далее следовал адрес и телефон). На самом семинаре подписи под этим обращением поставили немногие, но в ближайшие два–три дня число «подписантов» существенно возросло.

Остановить Сахарова, когда он что-то считал нужным сделать, было невозможно, в этом случае он уже никому не казался ни мягким, ни застенчивым. Узнав о том, что в Риге будут проводить в конце июня международную конференцию по биохимии, он сказал мне, что непременно туда поедет. «На конференцию приедут семь лауреатов Нобелевской премии, – говорил мне Сахаров. – Я академик, и меня обязаны пропускать на любую научную конференцию. Всё это просто. На самолете я полечу в Ригу, выступлю и вернусь в Москву».

Вмешательство Л. Брежнева в дело Жореса имело вначале лишь негативные последствия. Брежнев позвонил из своего кабинета в КГБ Ю. Андропову и министру здравоохранения СССР Б. Петровскому и, не высказывая собственного мнения, просил «выяснить и доложить». Это привело вначале к усилению разных форм давления на защитников Жореса, писателей и ученых – членов партии начали вызывать в райкомы, даже Твардовскому попытались сделать на этот счет строгое внушение. Специальная комиссия ведущих московских психиатров побывала в Калуге и после беседы с Жоресом ужесточила диагноз, предложив перевести «пациента» для «лечения» в более далекую и строгую Казанскую тюремную психбольницу. Всех академиков, которые протестовали против принудительной психиатрической акции, пригласили 12 июня 1970 года на специальное совещание в кабинет Министра здравоохранения СССР. Здесь в присутствии министра директор Института судебной психиатрии Г. Морозов и главный психиатр Минздрава А. Снежневский сделали для пяти академиков специальный доклад о состоянии и достижениях советской психиатрии и отдельно – о «болезни» Ж.А. Медведева. Разгорелась жесткая полемика. Сахаров был крайне резок, и он с самого начала заявил, что не может считать данное совещание конфиденциальным. Что касается П.Л. Капицы, то он, по своему обыкновению, просто высмеивал и Петровского, и обоих докладчиков. «Всякий великий ученый, – замечал Капица, – должен быть немного ненормальным. Абсолютно нормальный человек никогда не сделает большого открытия в науке». «Разве психиатры так хорошо знают все другие науки, – добавлял Капица, чтобы судить – что там разумно, а что неразумно. Эйнштейна также многие считали ненормальным» и т.п. Позднее мне рассказали об этом необычном совещании, которое длилось несколько часов, и Сахаров, и Капица. Ради шутки, Петр Леонидович выставил оценки участникам. Академикам А. Александрову и Н. Семенову он поставил оценку «3», а академикам Борису Астаурову и А. Сахарову – «пять». Б. Петровский покинул это совещание с мрачным видом, и он сдался первым. Продолжение акции означало для него потерю лица в Академии наук. И хотя психиатры отказались изменить свои диагнозы, 17 июня утром Жорес был освобожден.

Вскоре после выхода из больницы Жорес устроил в одном из ресторанов Москвы прием в честь иностранных корреспондентов, подробно освещавших все перипетии этой напряженной правозащитной кампании. Это была одновременно и пресс-конференция. Всех активных участников кампании протеста Жорес навестил персонально, чтобы выразить им свою благодарность. Сахаров был здесь одним из первых. Никогда мои отношения с А.Д. Сахаровым не были столь хорошими и доверительными, как в 1970 году. Неслучайно поэтому, что в ноябре 1970 года А.Д. Сахаров был одним из почетных гостей на нашем с Жоресом семейном празднике – мы отмечали в кругу друзей свое 45-летие.

Subject: Fwd: Re: Лженаука

Date: 2018. gada 20. aprīlis 16:31:27

From: юрий Решетняк <doctorz29@mail.ru>

To: Andrejs Cibulis <andrejs.cibulis@inbox.lv>

Уважаемый Андрей Брониславович,

ничего, что могло бы изменить смысл цитаты, которую я вам присылал в письме нет.

Ваш Ю.Г.Р.

-------- Пересылаемое сообщение --------

От кого: Евгений Александров ealexandrov@bk.ru

Кому: юрий Решетняк doctorz29@mail.ru

Дата: Четверг, 9 октября 2014, 13:53 +03:00

Тема: Re: Лженаука

Дорогой Юрий Григорьевич!

Спасибо за письмо.

Я тоже постоянно «зашиваюсь» с почтой. (Вот и сейчас я полез перечитать своё письмо к Вам и не нашёл его, хотя и посылал его дважды – по двум Вашим адресам!)

Что касается «Ипатьевой», то тут нужна большая осмотрительность, потому что у меня нет сомнений в «её» психопатичности – «психопатия паранойяльного круга».

С почтением, Ваш Е.А.

Egle-2018-03-23

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: "Alexander E. Gutman" <gutman@math.nsc.ru>

копия: Semen Kutateladze <sskut@math.nsc.ru>, "Попов Н.А." <popov_na@list.ru>

дата: 23 марта 2018 г., 17:43

тема: Re: Извещение

отправлено через: gmail.com

[В ответ на gutman-2018-03-21]

Уважаемый Александр Ефимович!

Вы приводите пять цитат из моего письма и свои ответы на них. Разберем эти пары.

1.

«Откажитесь от Бредовой Идеи № 2 и перестаньте думать, что перед Вами «типичный параноик»».

По этому поводу я не высказывался.

Однако Вы так думали, о чем свидетельствуют и тон, и форма, и содержание Ваших слов. Даже сейчас Вы сказали «Я так не говорил», а не «Я так не думал».

2.

«Ну, а если Вы останетесь во власти Бредовой идеи № 1 и вытекающей из нее Бредовой идеи № 2, то умственный террор против Вас будет продолжен, несмотря ни на какие Ваши мольбы».

Если я Вас не удовлетворил, пожалуйста, не тратьте напрасно свое время, так как дальнейший террор будет мной игнорирован.

Намерение игнорировать – это обычная реакция оппонентов, вошедших в состояние фанатичного отрицания. Да только у них это игнорирование плохо получается. Как правило, он всё равно нет-нет, да прочитывает то, что я ему посылаю.[1] Кроме того, главное ведь не в том, что читает он, а в том, что читают другие. А Решетняк так вообще полностью провалился со своим игнорированием. Уже 29 сентября 2014 г. в 16:04 он объявил: «Мне можете не писать, любая корреспонденция от вас будет удаляться немедленно» (МОИ № 25, стр.69). Это всего 47 дней после того, как 13 августа 2014 г. в 14:53 он обратился ко мне, начав дискуссию. А потом сам же и первым написал мне, и пишет и пишет и пишет до сих пор (если не мне, то обо мне) – вот уже 3,5 года, и на самом деле это не он, а я временами игнорирую его (у меня до сих пор в почтовом ящике висят 6 его писем, так и не открытых и не прочитанных).

Но обратите внимание на то, что в моем тексте, на который Вы отвечаете, впереди стоит слово «если». Террор не применяется просто так, а только в ответ на определенные (аморальные) поступки оппонента. Не надо совершать эти поступки. Не надо нарушать научную этику, не надо отрицать логику – тогда и речи не будет ни о каком терроре.

3.

«Если Вы сделаете то, что я перечислил в последних трех абзацах, то это уже будет стартовая позиция для нормального (не омраченного бредовыми идеями) Вашего отношения к делу. Тогда Вы увидите, что речь у нас не идет о том, чтобы «просто так» полемизировать с каким-то сумасшедшим (непонятно зачем) пытаясь его переубедить, а речь идет о действительно важных для математики вещах, в которых Александр Гутман не может оставаться в стороне – если, конечно, он действительно ученый, если ему не безразлична судьба математики и если ему действительно «обидно за математику»».

Нет, в настоящее время я не хочу обсуждать предлагаемые Вами альтернативы, так как эта тема не представляется мне достаточно важной и интересной, чтобы отказываться от других занятий.

Никто же не заставляет Вас отказываться от других занятий. Всё, что нам требуется, можно сделать почти что мимоходом, и Вы фактически это УЖЕ делаете. Даже срок «тестирования» указан огромный: целый год. За год любой человек может найти несколько часов, чтобы задуматься над фундаментальными вещами науки. В своем отказе Вы руководствуетесь не серьезными соображениями, а чем-то похожим на фобию.

Вам вовсе не обязательно отвечать в течение нескольких часов, как Вы до сих пор это делали. Можете ответить через несколько дней или даже недель – когда есть время и настроение.

4.

«В первую очередь согласитесь с тем, что нынешние «основания математики» (возможно – с Вашей точки зрения добавим это слово) не являются «истиной в последней инстанции» и что можно взглянуть на вещи и по-другому. МОЖНО – и такой взгляд вовсе не означает психическое расстройство».

Согласен. (Удивлюсь, если кто-то из профессиональных математиков с этим не согласится).

Так удивляйтесь! (Я тоже удивляюсь – и давно!). Вы были первым профессором математики, который с этим согласился. (Вы вообще в своем письме произнесли слово «согласен» целых 2 (два!!!) раза. Я сейчас задал поиск слова «согласен» по всем файлам Решетняка. Это слово там встречается, но если это в отношении меня, то обязательно с приставкой «не» впереди. А если без приставки, то это он соглашается с кем-то другим против меня. За 3,5 года он не согласился со мной ни разу ни в чем).

После 37-летнего тотального отрицания Ваше мгновенное согласие меня так удивило, что, написав предыдущий абзац, я надолго задумался: «А нет ли здесь какого-то недоразумения? Действительно ли понял Гутман, с ЧЕМ он соглашается?».

«Бредовая идея № 1 математиков» (egle-2018-03-21) подразумевает не замену в основаниях математики одной аксиомы на другую, похожую, или какие-то изменения в символике. (С возможностью этого-то, конечно, все математики будут согласны). Там подразумевается смена вообще парадигмы, как это описано, например, в статье MateMrak (стр.4) о «Веданской парадигме». Эти изменения в основаниях математики означают, что аксиомы вообще больше не рассматриваются как оконечная точка оснований, а конечная точка отныне – программы (мозговые). Согласно этому взгляду аксиомы (вообще любые аксиомы в математике!) есть некоторые утверждения о свойствах программ.

Сейчас было бы слишком длинно тут пытаться разъяснить, как та или иная аксиома оказывается утверждением о потенциальных продуктах программ. Если Вам этот тезис не понятен, то дайте мне конкретную аксиому, и я в отдельном сообщении объясню, какие программы она описывает. (Здесь, возможно, мы встретимся с тем же положением, как у Решетняка с числами: кто-то может сказать, что сначала есть аксиомы, и для них возможны различные «модели», в том числе программы. Нет – сначала есть программы, а потом по ним делаются аксиомы!).

Этот взгляд на вещи (эта парадигма) лишает аксиомы той исключительной роли, какую они играют в основаниях математики сейчас. Аксиомы, конечно, можно формулировать, но только это уже не то, – гораздо важнее осознать те программы, которые за ними стоят.

Вот с чем Вы согласились. Если всё останется как есть, то впредь я буду всем и везде говорить, когда об этом зайдет речь, что профессор Александр Гутман из Новосибирска первым среди математиков согласился, что в математику МОЖНО ввести Веданскую парадигму.

Если же здесь всё-таки присутствует какое-то недоразумение, ну, тогда объясните, пожалуйста, свою точку зрения более детально.

5.

«Согласитесь, что «множество вещественных чисел» вообще-то не существует нигде в мире объективно и что, следовательно, прежде чем о нем (с умным видом, но пустословно) рассуждать и «доказывать» какие-то «теоремы» типа «теоремы Кантора», нужно сначала разобраться, что это множество такое, откуда появляется и что оно из себя представляет».

Согласен с тем, что термин «множество вещественных чисел» можно определять разными способами в рамках разных теорий, но зафиксировав теорию и определение, вполне можно доказывать какие-то теоремы о числах в рамках этой теории.

Разумеется, после того, как установлено, какой именно объект подразумевается под словами «множество вещественных чисел», можно доказывать разные теоремы о нем, – с этим никто не спорит. Вопрос у нас заключался в том, чтобы перед тем, как начать доказывать, установить точно, о каком именно объекте идет речь.

Давным-давно был рассмотрен объект, генерируемый по алгоритму А (привожу его в двоичной форме; то же самое можно сделать и в десятичной, но тогда мне пришлось бы написать 100 строк, чтобы изобразить то же самое, что в двоичной форме изображается 4 строками). Пишем сначала

0,0

0,1

Потом размножаем каждую строчку в двух экземплярах, добавляя все возможные комбинации 0 и 1:

0,00

0,01

0,10

0,11

Теперь опять размножаем каждую строку в двух экземплярах, и так продолжаем до бесконечности. Получаем бесконечную вправо и бесконечную вниз таблицу, содержащую все возможные комбинации 0 и 1 после запятой. Считаем это определением «промежутка [0,1]». Размножаем таблицу в бесконечно многих экземплярах, перед запятой подставляя вместо нуля обозначения других целых чисел. Получаем объект (этот объект есть потенциальный продукт алгоритма А), который считаем «множеством вещественных чисел».

Очевидно, что любое число, например двоичное представление числа π, будет содержаться в наших таблицах, так как невозможно указать тот знак после запятой в π, которого уже не будет в таблице продуктов алгоритма А.

Есть ли у Вас возражения против такой конкретной конструкции объекта «множество вещественных чисел»? Если есть, то что именно Вы хотите в нем изменить, заменить или добавить?

Валдис Эгле

23 марта 2018 года

---

[1] Средний, нормальный человек, если у него была какая-то предыстория переписки со мной, не может удержаться от того, чтобы прочитать, «что этот Эгле опять написал», даже если он прежде решил не читать и игнорировать. В материале buikis-2001-05 я уже упоминал книгу TECE; так вот, впереди этой книги (стр.4) стоит большими буквами воззвание: «Внимание! Всех просим НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не читать пункт 175 в этой книге на стр.19!». Само собой разумеется, что все сразу лезут посмотреть, что это за пункт. А там написано; «Если человеку советуют что-то прочитать, то он еще подумает, читать или нет. А если человеку советуют что-то ни в коем случае не читать, то он это прочтет ОБЯЗАТЕЛЬНО. Уж такова природа человека. Поэтому непременно лучше агитируйте за то, чтобы мои книги не читали, чем чтобы их читали». (Это ответ одной читательнице; она – Гунта Дроне – в 1999 году сначала восхищенно восхваляла мои книги, но когда я в ответном письме высказался несколько иронично, обиделась, пригрозила подать на меня в суд и объявила, что до сих пор способствовала распространению моей книги, а теперь будет повсюду агитировать против нее). У того, кто решил меня игнорировать, чаще всего срабатывает похожий механизм. Но если даже у него найдется достаточно силы воли, чтобы действительно не читать мои послания, то он окажется в роли мужа из старого анекдота. Анекдот: В дверь квартиры позвонили. Хозяин открывает – там стоит мужик с блокнотом и карандашом в руках и спрашивает: «Вы хотите участвовать в групповом сексе?». «А кто еще участвует?», оживляется хозяин. Мужик отвечает: «Я, мой друг, вы и ваша жена». «Я не согласен!!!», восклицает возмущенный хозяин. «Хорошо», отвечает мужик. «ВАС мы вычеркиваем». Так и наш игнорант добьется только того, что ОН будет вычеркнут из компании и единственным не будет знать, что там делается и что о нем пишут.

Gutman-2018-03-21

от: Alexander E. Gutman <gutman@math.nsc.ru>

Кому: egle.valdis@gmail.com

копия: sskut@math.nsc.ru, popov_na@list.ru

дата: 21 марта 2018 г., 21:04

тема: Re: Извещение

отправлено через: math.nsc.ru

[В ответ на письмо от "Валдис Эгле", отправленное 21.03.2018 в 23:51.] [egle-2018-03-21]

В первую очередь согласитесь с тем, что нынешние «основания математики» (возможно – с Вашей точки зрения добавим это слово) не являются «истиной в последней инстанции» и что можно взглянуть на вещи и по-другому. МОЖНО – и такой взгляд вовсе не означает психическое расстройство.

Согласен. (Удивлюсь, если кто-то из профессиональных математиков с этим не согласится).

Откажитесь от Бредовой Идеи № 2 и перестаньте думать, что перед Вами «типичный параноик».

По этому поводу я не высказывался.

Согласитесь, что «множество вещественных чисел» вообще-то не существует нигде в мире объективно и что, следовательно, прежде чем о нем (с умным видом, но пустословно) рассуждать и «доказывать» какие-то «теоремы» типа «теоремы Кантора», нужно сначала разобраться, что это множество такое, откуда появляется и что оно из себя представляет.

Согласен с тем, что термин «множество вещественных чисел» можно определять разными способами в рамках разных теорий, но зафиксировав теорию и определение, вполне можно доказывать какие-то теоремы о числах в рамках этой теории.

Если Вы сделаете то, что я перечислил в последних трех абзацах, то это уже будет стартовая позиция для нормального (не омраченного бредовыми идеями) Вашего отношения к делу. Тогда Вы увидите, что речь у нас не идет о том, чтобы «просто так» полемизировать с каким-то сумасшедшим (непонятно зачем) пытаясь его переубедить, а речь идет о действительно важных для математики вещах, в которых Александр Гутман не может оставаться в стороне – если, конечно, он действительно ученый, если ему не безразлична судьба математики и если ему действительно «обидно за математику».

Нет, в настоящее время я не хочу обсуждать предлагаемые Вами альтернативы, так как эта тема не представляется мне достаточно важной и интересной, чтобы отказываться от других занятий.

Ну, а если Вы останетесь во власти Бредовой идеи № 1 и вытекающей из нее Бредовой идеи № 2, то умственный террор против Вас будет продолжен, несмотря ни на какие Ваши мольбы.

Если я Вас не удовлетворил, пожалуйста, не тратьте напрасно свое время, так как дальнейший террор будет мной игнорирован.

Egle-2018-03-21

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: "Alexander E. Gutman" <gutman@math.nsc.ru>

копия: Semen Kutateladze <sskut@math.nsc.ru>, "Попов Н.А." <popov_na@list.ru>

дата: 21 марта 2018 г., 18:51

тема: Re: Извещение

отправлено через: gmail.com

[В ответ на Gutman-2018-03-20]

Уважаемый Александр Ефимович!

Многолетний мой опыт общения с профессорами математики показывает, что они в массовом порядке руководствуются двумя бредовыми идеями, которые и определяют их поведение.

Бредовая Идея № 1 математиков (обозначим ее сокращенно как БИМ-1) заключается в том, что они полагают, будто те вещи, которые сейчас рассматриваются как «основания математики» и есть единственное, что в этой области может быть, никакие другие идеи и подходы не могут иметь место и не должны даже рассматриваться.

Бредовая Идея № 2 математиков (обозначим ее сокращенно как БИМ-2) заключается в том, что они полагают, будто Валдис Эгле – это дурачок, психически ненормальный (как же иначе, если он возражает против Бредовой Идеи № 1 !) и поэтому от него надо избавляться, надо не слушать его, не читать, не задумываться над его словами, не надо принимать во внимание никакие его аргументы, а следует игнорировать и всеми силами уклоняться.

Обе эти идеи неправильные. Но неправильность идеи сама по себе еще не превращает ее в идею бредовую. Ошибаться может каждый, в том числе и вполне умственно здоровый человек. Неправильная идея становится бредовой идеей тогда, когда ее носитель держится этой идеи невзирая ни на какие доводы, ни на какие аргументы, ни на какие доказательства, вопреки всему разуму и логике.

Именно так поступают профессора математики в случае БИМ-1 и БИМ-2.

На самом деле ошибочность БИМ-1 довольно легко понять. Как создавалось то, что теперь считается «основаниями математики»? Вот шумеры, египтяне и вавилоняне создают первые понятия о числах и фигурах и решают первые математические задачки. Вот греки воздвигают уже математическую теорию, достигшую вершины в книгах Евклида. Вот на исходе средневековья европейцы состязаются в решении уравнений и приходят к загадочному квадратному корню из –1. Вот Ньютон берется за флюенты и флюксии, а Лейбниц за производные и дифференциалы...

Могли ли все они понять, что те «сущности», которыми они оперируют, есть на самом деле потенциальные продукты мозговых программ? Разумеется, не могли, даже речи об этом не может быть. «Основания математики» (которые начали оформлять в последних десятилетиях XIX века) строились такими, какими их можно было построить при тогдашнем уровне науки, без какого-либо знания о компьютерах, программах и алгоритмах. (Собственно слово «алгоритм» уже существовало, но понималось оно чрезвычайно узко и примитивно по сравнению с тем значением, какое подразумеваем мы).

Мысль о том, что те основания, которые математике были построены 100–150 лет назад, отнюдь не являются «последним словом» в этой области и единственным, что возможно, – такая мысль отнюдь не является «паранойяльной», а вполне естественна для человека, мыслящего свободно и непредвзято. Наоборот, паранойяльно именно упорное и никак не аргументированное утверждение, будто те «основания», построенные полтора столетия назад, и есть единственное, что вообще возможно. Эти убеждения и составляют Бредовую Идею № 1.

Возьмем, Александр Ефимович, более конкретный пример. Вот, Ваш «друг» академик Решетняк недавно (15 марта) написал профессору Цибулису письмо cauchy. Среди прочего он там пишет:

«Теперь относительно определения понятия числа, которое дает господин Эгле. Не буду касаться существа его построений. С понятием числа никаких трудностей у математиков нет. Можно, указав некоторую конкретную модель множества вещественных чисел, объявить, что элементы этой модели и есть настоящие числа и что построив эту модель мы получили ответ на вопрос, что такое число. Математики, дескать, не знают, что такое число, а мы знаем: число это то, что описывается нашей моделью. Так, собственно говоря, господин Эгле и действует. Что можно сказать по этому поводу. Моделей множества вещественных чисел можно много придумать. Спор о том, какая из этих моделей лучше, на мой взгляд, не отличается от дискуссий средневековых схоластов о числе ангелов, которые могут поместиться на кончике иглы. Для текущих математических исследований важно только одно – обладают ли объекты, которые нам предлагают называть числами, привычными для математиков свойствами? Если нет, то, извините нас, пожалуйста, но Ваша модель нас не устраивает».

Здесь, как на ладони, видна та система представлений, которыми Решетняк руководствуется и которая является одним из проявлений БИМ-1. В его представлениях сначала (сперва!) есть «множество вещественных чисел». Потом из него можно строить «некоторую конкретную модель». Фон Нейман и творцы ZFC построили одну модель (изображенную на стр.7 в MateMrak), Эгле построил другую модель (там же, стр.9); модель фон Неймана удовлетворяет аксиомам, значит, она годится; модель Эгле не дает ничего нового, если она также согласуется с прежней математикой, и «нас не устраивает», если она приходит в противоречие с чем-то в прежней математике (например, с канторизмом).

У Решетняка всё перевернуто вверх ногами и вниз головой. Подчеркиваю: у него СНАЧАЛА (априори!) «существует» это «множество вещественных чисел». ГДЕ оно «существует»? Откуда взялось? – такие вопросы не занимают ни Решетняка, ни остальных профессоров, одержимых БИМ-1. «Существует» – и ладно! Ясно же, что существует!

Для Кантора его множества существовали в Уме Бога, и он их только исследовал, первым среди смертных получив туда доступ. Ну, это, по крайней мере, понятно: раз в Уме Бога, значит, в Уме Бога. А для Решетняка ГДЕ существует это «множество вещественных чисел»? Тоже в уме Бога – али где? И для Вас, Александр Ефимович, – где?

Для Решетняка и для множества других профессоров «существование» «множества вещественных чисел» есть отправная точка, исходный постулат. В советском «диалектическом материализме» такое утверждение о первичном существовании чисел квалифицировалось бы как «объективный идеализм».

Я не был сторонником «диалектического материализма», я был просто материалистом (они обзывали нас «механистическими материалистами»).

И для нас, для материалистов, нет никакого «множества вещественных чисел» и не существует оно нигде, пока мы сами его каким-нибудь путем не создали. И вот тут-то становится чрезвычайно важным, КАКИМ именно путем мы его создаем. Это решает всё: будет ли в силе «теорема Кантора», или не будет – и т.д.

Я дал математикам принципиальную схему того, как люди создавали понятие чисел исторически. И не являются моя схема и схема фон Неймана равноправными, потому, что НЕ создавало человечество это понятие по схеме фон Неймана (строя каскады вложенных множеств, отправляясь с пустого множества), а создавали по описанной мною схеме (классифицируя множества по количеству элементов).

И нет, Александр Ефимович, в том, что я сказал здесь выше (как и в том, что я говорил вообще) ничего «паранойяльного»; это есть просто трезвый и разумный взгляд на мир вообще и на математику в частности. Наоборот, если Вы думаете, что такой взгляд есть паранойя, то Вы как раз и есть «типичный параноик» (говоря словами Решетняка из его письма bred12).

(Обвинять других в том, что они «параноики» – это обычный ход тех, кто сам страдает умственными недостатками. «Именно так и поступил бы сумасшедший при подобных обстоятельствах – сумасшедшие очень хитры, о чем никогда не следует забывать», пишет врач Аксель Мунте о таких случаях. Перечитайте в его «Легенде о Сан-Микеле» MUNTE страницы 118–120 от звездочек и до конца главы XXIII, особенно последний абзац).

Объясняя поведение Решетняка, академик Александров писал 26 марта 2016 г. в 12:28: «Решетняку в этом году будет 87 лет, как я только что узнал из справочника, а я по себе знаю, что годы после 70 – не лучшее подспорье мудрости» (МОИ № 101, стр.52).

Вам же, Александр Ефимович, на сегодняшний день 52 года, 2 месяца и 14 дней. И я не верю, что Вы уже не способны логически мыслить. Вы написали в Gutman-2018-03-20:

Будучи формалистом (как, наверное, многие мои коллеги), я не могу отвечать на математические вопросы без должного уточнения смысла фигурирующих в них терминов, а для такого уточнения потребуется объемная переписка и, скорее всего, полемика. Я всегда откликаюсь на вопросы по математике и просьбы помочь разобраться, но, за редкими исключениями, у меня нет времени на полемику – особенно заочную. (Живой разговор, вероятно, был бы эффективнее).

Полемика нужна лишь в том случае, если Вы собираетесь отстаивать Бредовую Идею № 1 (и различные ее частные проявления). А Вы не отстаивайте бред!

В первую очередь согласитесь с тем, что нынешние «основания математики» (возможно – с Вашей точки зрения добавим это слово) не являются «истиной в последней инстанции» и что можно взглянуть на вещи и по-другому. МОЖНО – и такой взгляд вовсе не означает психическое расстройство.

Откажитесь от Бредовой Идеи № 2 и перестаньте думать, что перед Вами «типичный параноик».

Согласитесь, что «множество вещественных чисел» вообще-то не существует нигде в мире объективно и что, следовательно, прежде чем о нем (с умным видом, но пустословно) рассуждать и «доказывать» какие-то «теоремы» типа «теоремы Кантора», нужно сначала разобраться, что это множество такое, откуда появляется и что оно из себя представляет.

Если Вы сделаете то, что я перечислил в последних трех абзацах, то это уже будет стартовая позиция для нормального (не омраченного бредовыми идеями) Вашего отношения к делу. Тогда Вы увидите, что речь у нас не идет о том, чтобы «просто так» полемизировать с каким-то сумасшедшим (непонятно зачем) пытаясь его переубедить, а речь идет о действительно важных для математики вещах, в которых Александр Гутман не может оставаться в стороне – если, конечно, он действительно ученый, если ему не безразлична судьба математики и если ему действительно «обидно за математику».

Ну, а если Вы останетесь во власти Бредовой идеи № 1 и вытекающей из нее Бредовой идеи № 2, то умственный террор против Вас будет продолжен, несмотря ни на какие Ваши мольбы.

Валдис Эгле

21 марта 2018 года

Gutman-2018-03-20

от: Alexander E. Gutman <gutman@math.nsc.ru>

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

копия: sskut@math.nsc.ru, popov_na@list.ru

дата: 20 марта 2018 г., 12:52

тема: Re: Извещение

отправлено через: math.nsc.ru

Добрый день.

[В ответ на письмо от "Валдис Эгле", отправленное 20.03.2018 в 5:33.] [egle-2018-03-20]

В течение того года, что вы будете тестироваться, вам будут посылаться разные материалы, связанные с темой теста.

Будучи формалистом (как, наверное, многие мои коллеги), я не могу отвечать на математические вопросы без должного уточнения смысла фигурирующих в них терминов, а для такого уточнения потребуется объемная переписка и, скорее всего, полемика.

Я всегда откликаюсь на вопросы по математике и просьбы помочь разобраться, но, за редкими исключениями, у меня нет времени на полемику – особенно заочную. (Живой разговор, вероятно, был бы эффективнее). Поэтому в соответствии с пунктом 13 прошу освободить меня от тестирования.

Если указанная выше причина не будет сочтена уважительной, заранее согласен с присвоением мне любой квалификации, на Ваше усмотрение. В любом случае прошу исключить мой адрес из переписки.

Спасибо.

Egle-2018-03-20

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: gutman@math.nsc.ru, sskut@math.nsc.ru, "Попов Н.А." <popov_na@list.ru>

дата: 20 марта 2018 г., 0:33

тема: Извещение

отправлено через: gmail.com

Извещение профессорам Гутману и Кутателадзе

Уважаемые господа А.Е. Гутман и С.С. Кутателадзе!

В документе Grossone вы оба (наравне с профессором Я.Д. Сергеевым) приглашались принять участие в Комиссии им. ак. Л.Д. Фаддеева. (Кутателадзе приглашался, вместе с Н.А. Поповым, еще повторно в документе egle-2018-01-28).

Документ Grossone был в целом направлен против Сергеева и в поддержку Гутмана и Кутателадзе. Тем не менее, Сергеев на мое письмо ответил (очень дружественно), а Гутман и Кутателадзе не ответили (проявив тем самым чрезвычайно распространенное среди математиков высокомерие).

Я.Д. Сергеев писал мне 26 декабря 2017 г. в 17:48:

«Уже несколько лет я подвергаюсь травле, организованной Гутманом и Кутателадзе по непонятным мне причинам. Вступать в диалог с людьми, которые пишут и печатают обо мне ложь и клевету и рассылают всё это коллегам, в университеты, где я работаю, в журналы, где я печатаюсь, в газеты и т.д., я не считаю возмож­ным. (..) Я искренне не понимаю смысл и причины кампании преследования, организованной этими людьми. Зачем всё это? В 2012 г. я был в Новосибирске и выступал по приглашению академика Ершова с лекцией о моем подходе в институте, где работают эти два человека. В этот же приезд в Новосибирск я выступил там с пленарными лекциями на двух конференциях. Они не появились ни на одном из этих мероприятий. Я очень удивлен, что в наше время одни образованные вроде бы люди занимаются подобными вещами, а другие, не разобравшись, идут у них на поводу. Ведь не 37 уже год».

Я понимаю причины, по которым вы оба организовали ту травлю Сергеева, о которой он говорит. Эти причины выражены словами Гутмана «Обидно за математику» из интервью https://nplus1.ru/blog/2017/11/29/grossone. Я разделяю ваше мнение и тоже считаю, что против лженауки в математике должен быть обращен интеллектуальный, умственный террор.

Средством такого умственного террора против лженаучных математиков у меня является «операция Milliaria». Уложение об этой операции опубликовано в документе m000 (и стр. 71–73 альманаха МОИ №101).

Учение Сергеева о Grossone лженаучно. Однако вред, который оно наносит математике и вообще науке, ничтожен по сравнению с вредом, наносимым канторизмом; учение Grossone не является лженаукой торжествующей, как канторизм, а сам Сергеев и без меня затравлен и, кроме того, ведет себя дружелюбно и не проявляет никакого высокомерия. Поэтому я решил не обратить террор операции Milliaria против Я.Д. Сергеева, несмотря на лженаучность его учения.

Иное дело профессора А.Е. Гутман и С.С. Кутателадзе. Они повели себя высокомерно и молчаливо враждебно. Судя по всему, они являются такими же ярыми кантористами, как и их коллега по Институту и по Университету академик Ю.Г. Решетняк.

Поэтому, господа Гутман и Кутателадзе, я решил обратить умственный террор операции Milliaria против вас обоих. Отныне, начиная с 20 марта, со дня весеннего равноденствия 2018 года, вы оба являетесь номинантами в операции Milliaria, и к вам в полной мере относится ее Уложение m000, в том числе пункт 17 этого Уложения, перечисляющий, какие звания могут быть вам присвоены в результате вашего тестирования.

Итак, каждый из вас отдельно обязан ответить на два тестовых вопроса m001 (стр. 74–76 МОИ № 101). На обдумывание ответов вам дается ровно один год до весеннего равноденствия 2019 года. Если вы изберете трусливую (и тем самым наиболее позорную) стратегию уклонения от ответов, то в день равноденствия 2019 года вам будут вручены дипломы «Труса физико-математических наук». Как они выглядят, вы можете увидеть, созерцая диплом профессора Подниекса на стр.115 выпуска МОИ № 114 и диплом профессора Кикуста на стр.122 выпуска МОИ № 115.

Если вы пожелаете получить такие же дипломы, то они также будут опубликованы в Интернете и будут демонстрироваться дальнейшим математикам и не-математикам. Я призываю вас обоих НЕ получать дипломы «Труса физико-математических наук», а вместо этого дать честные ответы на тестовые вопросы. Но до сих пор на мои призывы вести себя разумно математики, как правило, внимания не обращали и совершали глупости с упорством маниакальным. Так что я теперь особо не рассчитываю на вашу разумность. Впрочем это, конечно, ваше личное дело.

Отмечу только, что вам, славным героям эпохального сражения со змеем по имени Grossone, звание трусов еще менее к лицу, чем остальным профессорам математики. Почему бы вам не проявить в борьбе с Веданской теорией такую же отвагу и геройство, какое вы проявляли в борьбе с Гроссуаном?

В течение того года, что вы будете тестироваться, вам будут посылаться разные материалы, связанные с темой теста. Третьим адресатом в этих посылках является Н.А. Попов, в своем письме popov-2018-01-27 указавший на какую-то (не определенную более детально) связь с Кутателадзе.

Н.А. Попов тоже был бы объявлен номинантом операции Milliaria, если бы (а) я знал, что он удовлетворяет условиям пункта 3 Уложения операции, (б) мне было бы известно его полное имя-отчество и (в) у меня имелась бы его фотография. Но пока не выполняется хотя бы одно из этих условий, Н.А. Попов остается просто наблюдателем при тестировании профессоров Гутмана и Кутателадзе.

Итак, господа Гутман и Кутателадзе! «Счетчик включен». Время пошло.

Валдис Эгле

20 марта 2018 года