Pozor

[В ответ на Efremovu-2018-11-08]

от: Yuri N.Efremov <efremovn@yandex.ru>

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

копия: ealexandrov@bk.ru, algen@yandex.ru, sskut@math.nsc.ru, ursul-ad@mail.ru, maxim@ihes.fr, popov_na@list.ru, m.kaltygin@apollo.lv

дата: 8 нояб. 2018 г., 16:32

тема: Re: Ответ профессору Ю.Н. Ефремову

отправлено через: yandex.ru

Гр. Валдис Эгле,

у меня нет возможности разбираться в Ваших учениях. Слишком уж много их сочиняют граждане, не нашедшие ответной любви к науке... Кстати сказать, комиссия имени покойного академика Фаддеева мне неизвестна. И книжку Вашу я не получил. Писать на мой адрес нет смысла, – Ваши сочинения я впредь буду сжигать перед прочтением.

ЮНЕ

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: efremovn@yandex.ru

копия: ealexandrov@bk.ru, algen@yandex.ru, sskut@math.nsc.ru, ursul-ad@mail.ru, maxim@ihes.fr, popov_na@list.ru, m.kaltygin@apollo.lv

дата: 9 нояб. 2018 г., 15:23

тема: Re: Ответ профессору Ю.Н. Ефремову

отправлено через: gmail.com

О, Господи, Юрий Николаевич,

каким же глупцом Вы себя выставили, как позорно себя повели!

Повторяю для особо одаренных: от Вас не требовалось изучать мои учения. От Вас требовалось высказать общую поддержку принципу, что всякая научная идея должна быть рассмотрена и взвешена. Но Вы не способны даже увидеть разницу между этими вещами!

Даже если почтовый сервер не доставил Вам прикрепленную книгу, Вы могли ее увидеть по ссылкам на интернетовский ресурс в тексте письма.

Боже, ну почему мне приходится жить на Планете Дураков среди сплошных идиотов! Почему нигде нет ни одного разумного человека?

Позор Вам, Юрий Николаевич, позор и стыд!

В.Э.

Efremovu-2018-11-08

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: efremovn@yandex.ru, ealexandrov@bk.ru, algen@yandex.ru, sskut@math.nsc.ru, ursul-ad@mail.ru, maxim@ihes.fr, popov_na@list.ru, m.kaltygin@apollo.lv

дата: 8 нояб. 2018 г., 15:59

тема: Ответ профессору Ю.Н. Ефремову

отправлено через: gmail.com

Уважаемый Юрий Николаевич,

Настоящее мое письмо является ответом на Ваше письмо от 13 сентября 2018 г., 18:00 (Efremov2018-09-13), которое я прочитал только 14 сентября, когда уже сканировал брошюру Дедекинда (см. прикрепленный файл DEKIND) и вовсю ею занимался. Хотя я тогда сразу знал, ЧТО я Вам отвечу, но собственно ответ решил отложить до окончания книги DEKIND, а когда через 40 дней 23 октября она была завершена, то и еще протянул две недели, всё откладывая неприятную обязанность объяснения с Вами.

Уважаемый Юрий Николаевич!

В письме Efremov-2018-08-20 я объяснил Вам ситуацию и потребовал от Вас, чтобы Вы поддержали три пункта:

«1. Поднятые Комиссией имени академика Л.Д. Фаддеева два вопроса (о Веданской теории и о канторизме) являются важными и фундаментальными вопросами современной науки.

2. Научная общественность должна разобраться с этими вопросами и дать аргументированное заключение по ним.

3. Поэтому я призываю всех ученых разных специальностей, у кого есть такая возможность, принять участие в этом разбирательстве».

Требование было повторено в моем письме от 13 сентября 2018 г., 15:59 (Efremov2018-09-13). Однако Вы, Юрий Николаевич, уклоняетесь от признания этих вещей. Вместо того, чтобы сказать просто и честно: «Да, я признаю, что научная общественность должна разобраться с этими вопросами и дать аргументированное заключение по ним» – вместо этого Вы начинаете изворачиваться, мухлевать, притворяетесь, будто не поняли, о чем речь, говорите в ответ мне про Эпштейна, про реорганизацию Комиссии по лженауке, присылаете интервью вице-президента РАН Алексея Хохлова...

Спасибо, всё это мне интересно, но всё это не может в моих глазах заслонить тот факт, что Вы жульничаете и что этим своим жульничеством Вы говорите на всеуслышание: «Нет, научная общественность НЕ ДОЛЖНА разбираться с этими вопросами! Нет, НИКТО не должен давать никаких аргументированных заключений по ним! Все должны всё это игнорировать!».

И по какой же причине Вы, Юрий Николаевич, доктор наук, профессор, приняли такую позицию, позорящую не только ученого, но и вообще всякого разумно мыслящего и честного человека?

А причина, Юрий Николаевич, одна: это засевшая в Вашей голове бредовая идея (но кажущаяся Вам самому сверхценной и не требующей никаких доказательств!) – идея о том, что Валдис Эгле – это сумасшедший параноик, и ПОЭТОМУ (!!!) ничто из сказанного им не требует ни разбирательства, ни опровержений, ни доказательств, ни аргументации.

Понимаете ли Вы, Юрий Николаевич, что вообще-то Ваш бред оскорбителен для меня? Я не должен никому доказывать, что я НЕ параноик, а Вы обязаны в стартовой точке относиться ко мне как к человеку, равному Вам во всех правах, и только если Вы докажете (знаете ли Вы, как профессор, что вообще означает слово «доказать»?) – если Вы докажете, что мои утверждения полностью абсурдны, тогда (только тогда!) Вы в качестве объяснения этому (но предварительно доказанному!) факту можете высказать предположение, что это явление вызвано психическим расстройством, например, паранойей.

Вообще-то Вы сами должны были всё это понимать, а не ждать, пока я Вам это перед публикой объясню.

Ваша позиция оскорбительна для меня, но черт с ней, с оскорбительностью (мне не привыкать к оскорблениям). Гораздо важнее то, что Ваша позиция ВРЕДИТ НАУКЕ. И В Защиту Науки (какое знакомое словосочетание, не правда ли, Юрий Николаевич?) – в защиту науки я считаю себя вправе обращаться весьма жестко с теми, кто ей вредят. Даже если это такие в других отношениях заслуженные люди, как Вы или Евгений Борисович Александров.

От Вас, Юрий Николаевич, не требовалось, чтобы Вы лично занимались разбирательством с Веданской теорией и канторизмом. От Вас требовалось только, чтобы Вы поддержали общее требование, общий принцип, что научное сообщество должно с этими вопросами разобраться. Эту общую поддержку Вы могли высказать буквально за одну минуту – за время, намного-намного меньшее, чем то, что Вы тратите на то, чтобы увиливать, чтобы присылать мне не относящееся к делу интервью (Efremov2018-09-13) и т.д. Тем не менее, Вы считаете нужным отказывать в поддержке общему принципу.

А общий принцип-то элементарно и очевидно справедливый: «Всякое предложение должно быть рассмотрено и взвешено».

Вот, Юрий Николаевич, с тех пор, как (8 августа 2013 года) стал выходить альманах МОИ (http://moi-vzn.okis.ru/, http://moivzn.blogspot.com/, http://moialmanah.blogspot.com/), в него были присланы десятки всевозможных «альтернативных теорий» (в основном по физике). Последнюю на данный момент такую «теорию» я получил 7 августа 2018 года в 19:52. Некий Борис Михайлович Попов (судя по цифрам в его почтовом адресе bmp49@yandex.ru – 1949 года рождения) прислал мне две книги Popov_2016 и Popov_2018, а третью Popov_2009 я уже сам нашел в Интернете.

В новейшей из этих книг оспаривается Ньютоновский закон всемирного тяготения (ну, представляете себе диспозицию!). Тем не менее, если бы Попов потребовал от меня то, что я требую от Вас, Юрий Николаевич, т.е. потребовал бы признать, что его учение должно быть рассмотрено и должно быть дано о нем аргументированное заключение, то я незамедлительно ответил бы: «Какой разговор, Борис Михайлович, конечно, должно!», и даже согласился бы поучаствовать в таком публичном разбирательстве, задав автору учения несколько вопросов по трем стратегическим направлениям. Разберем эти направления.

1. Общая философская ориентация. По тексту видно, что это «эзотерика» и даже религия (хотя Бог явно там не фигурирует, но по некоторым изречениям автора чувствуется его поддержка вере). Мои вопросы были бы направлены на точное установление отношения автора к этим вопросам и к Научному мировоззрению и Научному методу познания вообще.

2. Гениальность автора. Я спросил бы автора, почему сам Ньютон и тысячи ученых после него не смогли додуматься до идей автора. Есть ли какая-нибудь причина этому, кроме того, что они все были глуповаты, а наш автор – гениален и единственный смог узреть истину? (Обычно такие авторы свою гениальность не скрывают; см., напр., слова Стрельцова о себе: МОИ № 107, стр.89, последний абзац).

3. Практическая применимость. Как известно, по ньютоновской теории (возможно, с релятивистскими поправками) рассчитывается запуск спутников, полеты на Луну и на Марс. Предлагает ли автор альтернативную систему расчетов этих вещей, или всё-таки ньютоновская система расчетов остается в силе, и у автора всё сводится просто к игре словами?

Еще несколько дополнительных вопросов в зависимости от первых ответов автора, и, я думаю, автор очень скоро оказался бы в безнадежном тупике, и сделать аргументированное отрицательное заключение о его учении не составляло бы никакого труда.

Теперь рассмотрим в этих же аспектах то, что преподношу научному сообществу я.

1. Общая философская ориентация стопроцентно материалистическая, отвержение любой «эзотерики», всего «сверхъестественного», всех религий, полное согласие с научным мировоззрением и научным подходом. Наоборот, именно канторизм, учение моих противников, вырастает из религиозных представлений, как это показывают, например, цитаты из трудов их основоположника Георга Кантора (приложенная книга DEKIND, стр.39–40). Собственно, из-за этой анти-материалистичности они и стали моими противниками; как раз в этом и заключается идейный конфликт.

2. Мой ответ на вопрос, почему Дедекинд, Кантор, Гильберт и другие основоположники нынешней парадигмы математики не пришли к тем же взглядам, что излагаю я, очень прост: Потому что тогда не было компьютеров, не было информатики и у человечества не было никакого опыта в этих вопросах. Те взгляды, которые излагаю я, вообще стали возможны только примерно с 1960-х годов, когда были изобретены компьютеры и был накоплен некоторый минимальный опыт их эксплуатации. Я пришел к этим взглядам в 1978 году, то есть, спустя всего где-то около 15 лет после первого теоретически возможного рубежа. Почему за последовавшие 40 лет предложенная мной концепция не была общепринята? Тут, конечно, виновна чудовищная инерция мышления (которую Вы, Юрий Николаевич, можете наблюдать и у себя), бюрократизация Науки, непомерная специализация и т.п. факторы. Влияние этих факторов должно быть наконец-то преодолено; как раз этого я и добиваюсь (а Вы, Юрий Николаевич, препятствуете, этим позоря под старость свое имя).

3. То учение, которое мною отвергается и уничтожается (канторизм) НЕ ИМЕЕТ никаких практических приложений и в Науке нигде не используется. Вот Вы, Юрий Николаевич, как астроном, скажите, где в астрономии используются трансфинитные числа Кантора? Пшик! Нигде они не используются. Вот Вы, Евгений Борисович, как специалист по теории относительности, скажите, где в Вашей области используются трансфинитные числа Кантора? Опять пшик! Нигде они не используются. Всё это никогда не использовалось, не используется и никогда не будет использоваться, потому что какое-либо практическое применение этих вещей принципиально невозможно по той простой причине, что всё это – лженаучное «фуфло».

Итак, по всем трем направлениям мы видим прямую диаметральную противоположность Веданской теории типичным учениям «альтернативной науки». (Вообще, Юрий Николаевич, Вы оба с Евгением Борисовичем показываете себя не очень-то умными людьми, если вы сами не видите, что я не чета каким-то там Стрельцовым и Поповым, если вы не чувствуете той интеллектуальной и логической мощи, которую я направляю на вас).

Даже и мне преподносили десятки различных учений, идущих вразрез с «официальной наукой». Если сосчитать все, фигурирующие только на русском языке, их, наверное, будет сотни, если не тысячи. Большинство из них относятся к физике. Меня всегда поражало то легкомыслие, с которым люди берутся сочинять свои собственные физики. Ведь физика – это экспериментальная наука, а эксперименты в наше время требуют очень дорогостоящей техники, и чтобы в физике сказать что-нибудь новое свое, надо этой техникой обладать и эти эксперименты проводить. Нельзя физику «высасывать из пальца», как это делают все эти «альтернативщики». Иное дело математика. Она вся от начала до конца «высосана из пальца», в ней нет ни техники, ни экспериментов. Поэтому я, как будто возражающий «официальной математике», нахожусь в принципиально ином положении, чем вся та орава, которая возражает «официальной физике». Вам, Юрий Николаевич, нужно осознать эту разницу.

Подавляющее большинство «альтернативных учений» представляют собой чушь. И то, что они – чушь, можно сравнительно легко показать даже не возражая авторам, а просто задавая им вопросы. Так можно оголить и вскрыть те абсурдные предпосылки, на которых эти учения основываются.

В отличие от всей оравы учений «альтернативной науки», Веданская теория чушью не является. Ее предпосылки не надо вскрывать, она сама преподносит эти предпосылки в открытом виде, и они не являются абсурдными.

Первая и основная ее предпосылка: «Мозг – это система обработки информации». Ничего ни абсурдного, ни противоречащего научному мировоззрению в этой предпосылке нет.

Никакими вопросами нельзя загнать меня в тупик; все вопросы оппонентов и мои ответы на них покажут лишь одно: что система Веданской теории логична, последовательна и строго научна. (Но за 40 лет ни один оппонент не задавал мне ни одного вопроса).

Этим я закончу свое настоящее письмо.

Юрий Николаевич, не позорьте далее свое имя необоснованным и глупым отказом поддержать очевидно справедливое требование: «Научное сообщество должно разобраться с Веданской теорией и канторизмом и дать по этим вопросам аргументированное заключение».

Перестаньте увиливать и подтвердите, что Вы поддерживаете это требование.

В приложении к письму даю ту книгу (DEKIND), из-за которой я почти на два месяца задержал этот ответ Вам.

Валдис Эгле

8 ноября 2018 года

Efremov 2018-09-13

от: Yuri N.Efremov <efremovn@yandex.ru>

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

дата: 12 сентября 2018 г., 0:46

тема: Re: Письмо №4 – Programs2

отправлено через: yandex.ru

Ваше нижеприведенное письмо было отправлено по ошибочному адресу.

ЮНЕ

(Речь идет о письме http://comfadde.blogspot.com/2018/09/programs2.html, которое 11 сентября в 23:23 было переслано также некоторым членам Комиссии РАН по борьбе с лженаукой, в т.ч. Ю.Н. Ефремову).

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: efremovn@yandex.ru

дата: 13 сентября 2018 г., 15:59

тема: Re: Письмо №4 – Programs2

отправлено через: gmail.com

Юрий Николаевич!

Поставьте свою подпись под Декларацией, приведенной в предыдущем письме:

https://comfadde.blogspot.com/2018/08/efremov-2018-08-20.html

Тогда будет считаться, что Вы выполнили минимальный долг порядочного человека и подлинного ученого, и Вы будете исключены из дальнейшего оборота. Обращаю Ваше внимание на то, что Декларация не провозглашает Ваше согласие с Веданской теорией и ее выводами, а только призывает ученых честно и по-настоящему с ней разобраться (что есть элементарное и естественное требование вообще в Науке). Если же Вы отказываетесь (по вообще-то непонятным причинам, связанными, видимо, с какими-то бредовыми представлениями) выполнить элементарные требования к порядочному человеку и подлинному ученому, то высылка Вам подобных материалов будет продолжена, а со временем будут приняты и более жесткие меры против Вас, как к лицу, позиционирующему себя в качестве человека нечестного и предающего интересы Науки.

С уважением (пока что искренним, помня наше былое сотрудничество при выпуске электронных версий бюллетеня «В защиту науки»)

Валдис Эгле aka Марина Ипатьева

от: Yuri N.Efremov <efremovn@yandex.ru>

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

копия: "Yuri N. Efremov" <efremovn@yandex.ru>

дата: 13 сентября 2018 г., 18:00

тема: Re: Письмо №4 – Programs2

отправлено через: yandex.ru

Уважаемый Валдис,

Наша Комиссия по борьбе с лженаукой сейчас в трудном положении. Совсем недавно мы победили на заседании Президиума РАН некоего Эпштейна – лжеученого, которого биологи – увы – избрали член-корром своего Отделения РАН. Оный Эпштейн получает большие доходы от гомеопатических пустышек, которые он изготовляет. Беда в том, что изгнать из РАН кажется сейчас невозможно. Заодно Президиум РАН решил преобразовать и нашу комиссию по борьбе с лженаукой, – так что останусь ли я ее членом – пока неизвестно.

Посылаю отдельно интервью с президентом РАН об этой борьбе.

Наилучшие пожелания

ЮН Ефремов

от: Yuri N.Efremov <efremovn@yandex.ru>

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

дата: 13 сентября 2018 г., 18:07

тема: Пустышки вместо лекарства

отправлено через: yandex.ru

В приложении – интервью с вице-президентом РАН

ЮЕ.

YuE

Акад. Хохлов о популяризации науки – сент. 2018.doc

https://indicator.ru/article/2018/09/05/intervyu-hohlov-populyarizaciya-nauki/

Как РАН будет популяризировать науку

Вице-президент РАН Алексей Хохлов

Владимир Песня/РИА Новости

Почему по научным вопросам бессмысленно обращаться в суд, насколько популяризация науки важна для западных ученых и что в этом направлении будет делать РАН, боится ли Академия наук новых исков от гомеопатов и как она переформатирует Комиссию по борьбе с лженаукой, в интервью Indicator.Ru рассказал вице-президент РАН Алексей Хохлов.

– В июле 2018 года были приняты поправки в закон «О Российской академии наук», согласно которым, в частности, были расширены функции РАН в области популяризации науки. Что Академия намерена делать в этом направлении в связи с новыми задачами?

– Действительно, в этих поправках существенно расширены аспекты, связанные с популяризацией науки. Во-первых, популяризация науки записана в основных целях деятельности РАН, теперь это распространение научных знаний, повышение престижа науки и популяризация достижений науки и техники. Во-вторых, в законе теперь записано, что для реализации своих основных задач Российская академия наук участвует в разработке, обеспечении и реализации программ популяризации и пропаганды науки, научных знаний, достижений науки и техники, программ поддержки научно-технического творчества среди детей и молодежи.

Еще совсем недавно научное сообщество достаточно скептически относилось к популяризации науки. Считалось, что надо заниматься исследованиями, а обществу не обязательно объяснять, зачем эти исследования проводятся и какие результаты получены. Сейчас мы живем в другой реальности, когда ученым нужно объяснять обществу, как работает наука, какие изменения она вносит в человеческую жизнь, что удалось понять о мире вокруг нас. И Академия призвана координировать эту работу.

– Нередко говорят о том, что Минобрнауки должно сделать популяризацию науки частью государственного задания бывших институтов РАН. Может быть, Академии стоит обратиться к главе министерства Михаилу Котюкову с этим предложением?

– Функция популяризации науки по закону теперь закреплена за РАН. С этим будет связано и соответствующее госзадание. Это не значит, что научные организации не должны работать в этом направлении. Институты по госзаданию занимаются научными исследованиями, но популяризация науки – неотъемлемая часть таких исследований. Надо объяснять обществу, зачем оно оплачивает деятельность этой организации.

Академические институты тоже должны участвовать в рейтингах, занять в них высшие строчки должно быть престижно. До тех пор, пока деньги на науку будут просто спускаться «сверху» по утвержденной еще в прошлом веке смете, и до тех пор, пока финансирование института не будет зависеть от имиджа этого института в обществе или от какого-то рейтинга, этого не произойдет.

Поэтому обращаться в Министерство с тем, чтобы включить популяризацию науки в госзадание институтов, мы не будем, но мы будем убеждать, что этот компонент – репутация в научном сообществе, то, как общество видит работу данного института, – исключительно важен для того, чтобы получать дополнительное финансирование и новое оборудование. Впрочем, пока так и есть: те институты, которые заботятся о своем имидже, они на слуху, они получают – поневоле – несколько больше, чем те институты, которые не видны.

– Как Академия наук собирается осуществлять свои функции по популяризации науки, с помощью каких-то комиссий или органов?

– Мы предполагаем, что будут созданы три комиссии (все это пока в стадии обсуждения). Во-первых, мы планируем создать Комиссию по популяризации науки, которая будет заниматься теми вопросами, о которых я только что сказал.

Во-вторых, с 1999 года при Академии наук работает Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. И мы хотим усилить ее работу, в порядке ее реорганизации создав сразу две: одну, которая будет заниматься противодействием лженауке, и другую, которая будет призвана бороться с фальсификацией научных исследований.

Борьба с фальшивой наукой сейчас очень актуальна. Речь идет не только о недобросовестных диссертациях, но и о том, что далеко не все научные исследования обоснованы должным образом, и нужно предпринимать какие-то меры для того, чтобы научная публикация действительно была научной публикацией. Чтобы все те факты, которые есть в публикуемых научных журналах, были надлежащим образом обоснованы. Чтобы результаты научных исследований не подтасовывали.

– Сейчас Академия наук и Комиссия по борьбе с лженаукой в лице ее председателя, академика РАН Евгения Александрова, выиграли два суда над гомеопатами. Как бы вы прокомментировали эти победы? В прессе были неоднозначные оценки. Порой эта новость была подана так: «РАН отступила перед гомеопатами» или «РАН "открестилась" от меморандума о гомеопатии». Можете ли вы прокомментировать позицию Академии наук и ее руководства по отношению к этим судам? К гомеопатии?

– Высказанные оценки – это совершенно неправильная интерпретация того, что произошло. Прежде всего я хотел бы сказать, что Комиссия РАН по борьбе с лженаукой очень важна, она активно работает, борется против псевдонаучных проявлений в обществе. Мы высоко ценим ее работу. На заседании 4 сентября этого года президиум РАН объявил благодарность этой комиссии и ее председателю академику Евгению Александрову.

На мой взгляд, меморандум о том, что гомеопатия не имеет должного обоснования с научной точки зрения, у Комиссии получился удачным. Я считаю, что это хорошее научно-экспертное произведение. Если кто-то с меморандумом не согласен, то его нужно опровергать в научных публикациях, а не в судах. Научные споры в судах не решаются. Те, кто обращается в суды, с моей точки зрения, невольно сами себя ставят вне научного сообщества.

Интерпретация, что РАН «открестилась» от Комиссии или от меморандума, также не соответствует действительности. Линия защиты Академии наук состояла в том, что иски гомеопатов к РАН неправомерны просто потому, что в РАН много комиссий, каждая из них работает в определенном направлении. Комиссия по борьбе с лженаукой работает в соответствии со своим мандатом. И она делает это путем издания научно-экспертных публикаций, а не каких-то официальных директив.

Приведу аналогию. Представьте себе, что есть большой институт. Каждый ученый, который там работает, получает какие-то научные результаты. Он публикует их в журнале. Бессмысленно спрашивать директора: «Является ли публикация научного сотрудника Иванова официальной позицией института или нет?» Наука так не делается, в науке нет никаких официальных позиций. Хотите слушать ученых – слушайте. Не хотите – не слушайте, слушайте мракобесов.

У Академии наук, кроме своего научного авторитета, нет никаких властных полномочий. Миссия РАН состоит в том, чтобы нести «разумное, доброе, вечное», структурировать научное сообщество, помогать ему вырабатывать свою точку зрения. Само сообщество достаточно большое, и там представлены разные мнения. В Академии наук есть Комиссия по борьбе с лженаукой, это орган, который уполномочен рассматривать вопросы с точки зрения научной обоснованности тех или других научных представлений. Комиссия этим и занимается.

Не понимаю логику тех, кто на научно-экспертные публикации подает иски в суд. Конечно, кто-то мог бы подать в суд и на Коперника, и на Эйнштейна. Но мог бы суд всерьез разбирать вопросы теории относительности или основных физических законов?

– Правильно ли я поняла, что у Академии наук нет какого-либо официального мнения по поводу гомеопатии?

– Конечно! РАН – федеральное государственное бюджетное учреждение. Ее официальное мнение излагается в решениях президиума, в документах, которые подписывает президент РАН. О гомеопатии таких документов не было.

– Получается, этот меморандум – это выражение точки зрения Комиссии по борьбе с лженаукой и не более того?

– Точки зрения Комиссии и большого числа других ученых. Лично мне понравилось то, что написано в меморандуме. Если кому-то не нравится, то пишите свой меморандум или критикуйте этот, а не идите с исками в суд, где судья не обладает должными экспертными знаниями, чтобы обсуждать проблемы науки.

– Считает ли нужным Академия наук обращаться в какие-то государственные органы с изложением позиции Комиссии по борьбе с лженаукой?

– Этот вопрос, скорее всего, требует рассмотрения. Весна 2017 года, когда меморандум был опубликован, была трудным периодом для Академии, и у нее просто не было времени для того, чтобы более подробно проработать этот вопрос. На мой взгляд, сначала нужно рассмотреть вопрос о письме в государственные органы, от которых зависит сертификация соответствующей продукции.

– От кого должно быть такое письмо – от Комиссии или какого-то вышестоящего органа?

– Я бы считал, что разумно сначала рассмотреть этот документ на экспертном совете РАН, а затем, при необходимости, на президиуме.

РАН проводит большое количество экспертиз, и они не всегда положительные. Мне кажется, что экспертная функция РАН должна чаще использоваться. Мы рассматриваем, исследуем, и если фактов недостаточно, то мы информируем государственные органы об этом.

Судов мы не боимся, но мы, как Российская Академия наук, делаем оценочные суждения, которые не являются предметом для исков. Мы говорим: «По нашему мнению, вот это должным образом не обосновано, а вот это обосновано. Можете слушать нас, можете слушать кого-то другого».

Я уже говорил, что обращение в суд по научному вопросу есть один из признаков того, что податель иска просто не понимает, как делается наука. Когда мы публикуем научные статьи и получаем отклики на них, никому не приходит в голову подавать в суд на автора отрицательной рецензии. Если тебе формулируют возражения, ты тоже формулируешь возражения, доказывая свою точку зрения. Так принято в научном сообществе.

– Мошенники скажут, что у них из-за экспертного мнения Академии наук упали продажи, и обратятся в арбитражный суд. Если Академия скажет, что какая-то фирма делает фуфло, то та может подать в суд. Академия будет бояться говорить правду?

– Академия не боится говорить, что какие-то вещи не обоснованы. Мы готовы доказывать свою точку зрения в научных дискуссиях. Мы высказываем свою точку зрения, исходя из совокупности современных научных представлений. Если мы хорошо доказываем, то у этих людей действительно упадут продажи. Когда кто-то работает недобросовестно и у него из-за этого падают продажи – это его проблема, а не тех, кто указывает на научные огрехи.

– Будет ли Академия наук бояться высказываться в такой форме, из-за которой на нее подадут иск? Какие уроки вы получили после исков гомеопатов?

– Мы примем новое положение о Комиссии по борьбе с лженаукой, и в нем будет написано, допустим, так: «Решения комиссии, ее публикации являются научно-экспертными материалами, имеющими консультативный и рекомендательный характер». При наличии такой формулировки не совсем понятно, как можно подавать на публикации Комиссии в суд.

Мы будем также просить коллег по Комиссии более активно работать не только по линии взаимодействия со СМИ, но и путем непубличного информирования соответствующих государственных органов. На такое в суд подать нельзя. Госорганы должны отреагировать на такое обращение, высказанное в официальной форме. Так что Академия не отступает, она лишь пытается более эффективно отстаивать научную точку зрения.

– Как вы считаете, нужно ли, чтобы Комиссия по борьбе с лженаукой отчиталась на президиуме РАН о своей работе? Коллеги из Комиссии говорят, что готовы это сделать.

– В принципе, в будущем – да. Но сначала мы проведем переформатирование. Комиссия должна работать в более тесном столкновении идей. Не должно быть ситуации, когда есть некая монополия какой-то одной группы исследователей внутри Комиссии. Конечно, мы будем стараться сформировать такую комиссию по борьбе с лженаукой, где представлены разные точки зрения.

– Вы имеете в виду, что в ней, скажем, будут противники и сторонники гомеопатии?

– Откровенно говоря, за исключением некоторых членов Академии, у нас нет людей, которые защищают лженаучные представления. Просто всегда нужно, и мы будем за этим следить, чтобы Комиссия перед тем, как вынести свое решение, провела внутри себя дискуссию. Решения любой комиссии должны приниматься большинством голосов.

– То есть вы будете менять процедуру принятия решений в Комиссии?

– Процедуру как раз мы будем восстанавливать. Разумную процедуру принятия решений. В ней должно быть столкновение мнений. На Совете по науке при Минобрнауки, который я некоторое время возглавлял, тоже случались бурные дискуссии, но мы никогда не публиковали заявления Совета, пока не набиралось большинство, которое это заявление подписывает.

На мой взгляд, если это документ комиссии, то он должен быть подписан комиссией. Под ним должно подписаться больше половины ее членов. Эти простые принципы, связанные с тем, что любое решение принимается в спорах и большинством голосов, должны быть восстановлены.

Беседовала Наталия Демина

Sinkevich-2018-10-23

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: galina.sinkevich@gmail.com

дата: 23 окт. 2018 г., 16:57

тема: Dedekind + Cantor

отправлено через: gmail.com

Уважаемая Галина Ивановна,

Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенной книгой и учтите сказанное там в своей дальнейшей деятельности.

С уважением,

Эгле Валдис Валевич

Прикрепленный файл: R-DEKIND

от: galina.sinkevich@gmail.com

Кому: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

дата: 23 окт. 2018 г., 19:02

тема: Re: Dedekind + Cantor

отправлено через: gmail.com

Дорогой Валдис Валевич,

благодарю Вас за присланные материалы, я прочитала всё с огромным интересом. Я историк математики, и не могу анализировать математические теории с такой высоты обобщения, как это делаете Вы, а значит, по Вашему выражению, не могу участвовать в диалоге с Вами по существу.

Наиболее близким мне показалось Ваше высказывание, что «теоремы – даже самые простые – не следуют из аксиом, а следуют из совсем других вещей». Недавно я переводила сочинение профессора-тополога Ежи Медушевского (в приложении): Ежи Медушевский. Внутренние истоки математики / Перевод с польского Г. Синкевич // Альманах «Русский мiръ. Пространство и время русской культуры». 2016 г. Вып. 10. СПб.: «Русская культура», 2016 г. – С. 262–280. Возможно, Вам будет интересна его работа, она перекликается с приведёнными выше Вашими словами, посмотрите.

В Санкт-Петербурге работает семинар по истории математики, все доклады можно посмотреть в записи:

http://www.mathnet.ru/php/conference.phtml?option_lang=rus&eventID=10&confid=504

Правда, мы намеренно стараемся избегать метаматематических вопросов. Желаю Вам всего доброго,

Галина Ивановна

Прикрепленный файл: Mioduszewski (оригинальный RTF файл был мною слегка отредактирован и преобразован в PDF – В.Э.)

Rogov

Валдис Эгле – In memoriam

17 октября 2018 года после продолжительной болезни, первые симптомы которой появились еще 12 лет назад, в возрасте 71 года, 10 месяцев и 20 дней скончался Леонард Вячеславович Рогов, прожив на Земле 26257 дней.

Окончив в 1969 году Рижский политехнический институт, он 23 года до 1992 года отработал в Институте электроники и вычислительной техники Академии наук Латвийской ССР, где примерно 20 лет я имел счастье и честь быть его коллегой и товарищем.

Лёня Рогов был первым читателем многих моих сочинений, написанных во второй половине 1970-х и первой половине 1980-х годов. Нередко он и упоминался в этих сочинениях, обычно в словосочетании «Мой друг Лёня Рогов». К сожалению, всё еще в Интернете не опубликованы 8 томов CDOMа, «Компьютерного Дневника Сумасшедшего», где Лёня фигурирует часто; опубликован только один (8-й) том, из которого и процитирую:

125. В октябре 1981 г. советская подводная лодка села на мель у берегов Швеции в районе секретной военно-морской базы близ Стокгольма.

126. (Советская программа «Время» сообщила об этом одним предложением в промежутке между культурными и спортивными новостями. Никогда не забуду, каким образом этот факт комментировал неповторимый Леня Рогов: местоположение этой информации в программе «Время» вполне оправдано, потому что такая поездка подводной лодки «с одной стороны культурный обмен, а с другой стороны – спорт»).

(CDOM-8, стр.14; Лёня упоминается там дальше также на стр.100 и далее, на стр.159 и далее. Из упоминаний в других опубликованных книгах можно назвать: DVESA, стр.99; FARM, стр.73; PENRS1, стр.75; PRACT, стр.180; SUHOV, стр.22 и 150; TRANS1, стр.5 и 63).

Лёня обладал феноменальным, неповторимым чувством юмора, которое проявлялось на каждом шагу. Помню, однажды в институтской столовой выставили какие-то очень дорогие блюда (в витрине: то ли салаты, то ли сладкие). Леонард посмотрел на них и протянул: «Не-ет, это слишком питательно!».

В советское время Лёня Рогов не был диссидентом, но был настроен весьма критически к советской влясти. Я не знаю, где он доставал «антисоветские» книги (я никогда это не спрашивал: это было бы неприлично), но он принес и дал мне на короткое время несколько нелегальных книг (он был единственным человеком, который в советское время давал мне такие книги). В PRACT, стр.180 в пункте .749 сказано, что книги давал мне Абрам Иннерман, уехавший в Израиль. Это неправда, это конспиративная маскировка на тот случай, если моя рукопись попадет в КГБ. На самом деле книги давал мне Леонард Рогов.

Лёня Рогов был также одним из первых, кто знакомился с Веданской теорией. Помню, однажды, когда мы гуляли в Бикерниекском лесу рядом с Институтом, он сказал мне: «Ты бы постарался хоть немножко приспособиться к математикам, чтобы они тебя лучше понимали...». Но как можно приспособиться? Я говорю всё, как есть.

Годы, проведенные в Институте электроники, кажутся мне теперь озаренными каким-то дивным сиянием. Никогда в другом месте меня не окружали столь умные люди, как там, и Леонард Рогов был первым среди них. Как жаль, что наше поколение уходит...

На фотографии (снимал Михаил Калтыгин) Лёне около 30 лет, это середина 1970-х годов, за спиной у него институтское окно, а в окно виден противоположный корпус Института...

Programs2

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: m.kaltygin@apollo.lv

дата: 11 сент. 2018 г., 22:40

тема: Письмо №4 – Programs2

Здравствуй, Михаил Иванович!

В предыдущем письме (№3) я (в очередной раз) объяснил, что такое мозговые программы, откуда они появляются, и как все вместе образуют операционную систему человека – витос. (Витосы в общем случае – это не только человеческие ОС, а операционные системы вообще живых существ; человеческий витос отличается от витоса, например, осы или собаки только тем, какие программы поведения он в состоянии сгенерировать).

Я говорил в том письме, что без проблем могу представить себе принципиальное устройство человеческого витоса, и выразил надежду, что и твоя, Михаил Иванович, программистская квалификация позволяет тебе тоже это представить.

Сегодня мы, исходя из такого вот, имеющегося у нас представления о человеческом витосе, посмотрим, что из этого следует для математики.

Во-первых, Михаил Иванович, нужно четко осознать, что никакой математики в мире не существует – до тех пор, пока человек сам ее не создал. А человек – это значит: его витос. Итак, математику создает операционная система витос. Посмотрим теперь, какие основные операции витос должен быть в состоянии выполнить, чтобы сотворить математику.

Как известно, математика начинается с двух основных ветвей: арифметики и геометрии. Для того, чтобы начинать строить арифметику, витос должен ввести в свой обиход то, что мы называем «числами»; для того, чтобы начинать строить геометрию, витос должен получить возможность конструировать линии и фигуры. В этом письме (чтобы оно не превратилось в целую книгу) ограничимся арифметикой, оставив геометрию для будущих писем.

Итак, Михаил Иванович, перед нами витос, за которым мы наблюдаем и который начинает строить арифметику. Предположим, что это происходит на такой планете, где еще никакой математики нет, и наш витос – это первое живое существо, которое вообще занялось этим вопросом. (На Земле это соответствовало бы первобытному человеку с каменным топором в руке). С какой стороны он может подойти к стоящей перед ним проблемой?

Может ли он подойти к проблеме так, как нас учат «профессиональные математики», доктора ф.-м. наук, профессора ВУЗов? Вот, Михаил Иванович, открой, например, книгу Nechajev_1975.djvu, которая называется «Числовые системы». Скачай и открой, не поленись (при наличии DJVU Viewer-а это потребует у тебя меньше минуты)! Открой и пробегись взглядом по первым страницам: что из сказанного там может использовать наш первобытный витос (человек) в своем стартовом положении в начале построения арифметики?

Да ничего он не может использовать!

Чушь там написана. Не так арифметика начинается.

Арифметика начинается с того, что наш витос становится способным отличить совокупность предметов, состоящую из одного предмета, от совокупности, состоящей из двух предметов, от совокупности, состоящей из трех предметов, – и т.д. (Дальше вместо «совокупность» будем говорить «множество»). Иногда говорят: «арифметика начинается со счета». Но счет – это алгоритм, как определить, сколько элементов в множестве, т.е. какова характеристика данного множества в количественном аспекте и одинакова или не одинакова она с характеристикой того или иного другого множества. Счет не самоцель, а инструмент; цель же – характеристика множества и далее – вообще классификация множеств в количественном аспекте.

Разумеется, будучи системой программ, витос не может классифицировать множества иначе, чем используя для этого одну из своих программ (предварительно сгенерировав ее у себя в голове). Эта программа имеет потенциальные выходы, куда она может отнести изучаемое ею множество: может отнести к множествам с одним элементом, к множествам с двумя элементами и т.д. Эти потенциальные результаты ее работы в ВТ называются «потенциальными продуктами» программы и в данном случае представляют собой таксоны[1] классификации.

Для упрощения разговора перескачем через некоторые (исторически вообще-то длительные!) этапы и предположим, что наш витос (первобытный человек) тут же научился обозначать полученные им результаты классификации множеств так, как их обозначаем мы: «арабскими» цифрами в десятичной позиционной системе счисления. Тогда перед нами имеются (в связи с числом n) три принципиально разных объекта:

1) множество с n элементами (и совокупность N всех таких множеств);

2) таксон классификации, куда программа витоса поместит множество с n элементами;

3) цифровое обозначение данного числа n.

Если ты, Михаил Иванович, переберешь сочинения математиков в поисках того, как они объясняют сущность числа, то ты увидишь, что в большинстве случаев они вообще никак ее не объясняют (как ты видел только что у Нечаева), а остальные случаи, когда всё-таки пытаются объяснить, распадаются на две группы: одни отождествляют число (натуральное) с совокупностью N (1-й объект из перечисленных выше); другие же отождествляют число с его цифровым обозначением (3-й объект из перечисленных выше). Естественно, никто не отождествляет число со вторым объектом (потенциальным продуктом программы классификации) – потому что о мозговых программах и о их связи с математикой эти математики ничего не слышали и ничего не знают.

А между тем единственным объектом, обладающим ВСЕМИ свойствами того, что мы с детства «интуитивно» понимаем под числом, – единственным таким объектом является именно объект (2). Если бы числом был бы объект (1), то существование чисел зависело бы от того, есть ли во Вселенной множества с n элементами, или нет. Полагают, что количество элементарных частиц во Вселенной около 10²⁰⁰, следовательно, числа, бóльшие, чем 10²⁰⁰ (например, число 10²⁰⁰⁰), не существовали бы (но мы-то знаем, что они существуют – в том смысле, в каком вообще существуют числа). Вариант с третьим объектом вообще глупый: даже в первых классах школы нам было ясно, что значок «4» вовсе не собственно число 4, а только его графическое обозначение.

Большинство математиков понимают, что на самом деле ни объект (1), ни объект (3) не годятся на роль числа – потому эти математики и избегают вообще давать какое-либо объяснение сущности чисел. У них его просто нет.

Казалось бы – радуйтесь! – наконец-то вам показали объект, обладающий в точности всеми свойствами «интуитивного числа»! Но не тут-то было! Характерная для математиков гремучая смесь глупости и высокомерия неизменно давала о себе знать. В том же месте, на которое я только что в сноске ссылался (МОИ № 29, стр.56 на самом верху) академик Решетняк делает свое очередное заявление:

Программистский подход к математике, провозглашенный Валдисом Эгле, для математики не приемлем.

И это он повторяет снова и снова, и снова, и снова, и снова... без конца. И то же самое до него говорили профессора Подниекс, Кикуст и другие математики (разумеется, без каких-либо вразумительных объяснений, почему, собственно, не приемлем-то?).

(На самом деле «не приемлем» по двум причинам. Первая причина – расистская: Валдис Эгле не принадлежит к их клану избранных («профессиональных математиков»), он – аутсайдер, и не должен быть прав, не должен! нельзя этого допустить! И вторая причина: из «программистского подхода» немедленно следует полный крах канторизма. Оказывается, что «профессиональные математики» полтора столетия почти поголовно[2] несли полную чушь! Нельзя, нельзя, нельзя допустить, чтобы это оказалось правдой!)

* * *

До этого места я написал настоящее письмо 22 дня назад, 20 августа 2018 года, но поступившее в тот день письмо профессора Ефремова выбило меня из колеи, я стал писать ему ответ (Efremov-2018-08-20), потом ты заговорил о Перельмане (Perelman)... Выбитый этими событиями из колеи, я выпустил в Векордии две новых книги (PRINCE и FARM) и, вот, только сегодня, 11 сентября, опять почувствовал внутренний призыв продолжить это письмо к тебе (которое, естественно, потом будет переслано также ряду профессоров и академиков – так что на самом дело оно – не только к тебе).

Итак, академик Российской академии наук Ю.Г. Решетняк заявил, что «Программистский подход к математике, провозглашенный Валдисом Эгле, для математики не приемлем». Это заявление он повторил много раз (не берусь уже сосчитать, сколько именно раз), и этим он, видимо, выражает установку множества других профессоров и академиков, которые в своей массе просто уклоняются от каких-либо заявлений по этому поводу.

Почему именно не приемлем, ни Решетняк, ни другие профессора и академики объяснить не могут. (На самом деле этот подход для них не приемлем просто потому, что им НЕ ХОЧЕТСЯ, чтобы он применялся). Попытки Решетняка обосновать свое заявление вскрывают просто чудовищное невежество в области информатики (см., напр., цитату в предыдущем письме №3) и абсолютное непонимание того самого «программистского подхода», который он пытается опорочить (см., напр., Egle-2018-06-30).

Почти 38 лет назад, 14 ноября 1980 года, наш, Михаил Иванович, общий знакомый Гарик Гейдеман заговорил о математиках-конструктивистах (NATUR3, стр.59, п.2212); это 7 марта 1981 года подхватил Кикуст (там же, стр.92, п.2638), а потом и другие математики, включая через десятилетия академика Решетняка, и с тех пор они мелят и мелят одно: будто Веданская теория имеет какую-то связь с так называемым «конструктивным направлением в математике».

Ну не имеет она такой связи, да только в тупые башки математиков это вбить невозможно даже за 38 лет!

В том-то и состоит фундаментальная ошибка Решетняка (и всех прочих), что они смотрят на проблему (и на Веданскую теорию) глазами «конструктивистов» (и не способны взглянуть моими глазами).

В чем состояла цель «конструктивистов»? Они решили, что математика должна использовать только такие объекты, которые можно построить «конструктивно» при помощи каких-нибудь алгоритмов. Причем это «построение» понималось весьма примитивно: как построение именно элементов множества, а не множества в целом. (Алгоритмы построения у них тоже были дурацкие – искусственные и нереальные, но ладно, это сейчас опустим). В результате такого требования многие объекты математики (о которых на самом деле в математике люди думают и рассуждают) оказались исключенными из рассмотрения. Они стали, так сказать, «запрещенными» – и фактически это был весь результат всего «конструктивного направления в математике». «Конструктивисты» даже близко не подошли к тем алгоритмам, по которым на самом деле происходит мышление (в том числе мышление математическое).

Веданская теория же НЕ ИМЕЛА той цели, которую себе ставили конструктивисты. Никакие объекты для нас не запрещены (пишу во множественном числе «нас», хотя мне не известен ни один настоящий единомышленник). Не в запрете дело, а в объяснении! Конструктивисты запретили уйму математических объектов, но люди ведь ДУМАЮТ об этих объектах! И задача Веданской теории состояла не в том, чтобы (вслед за конструктивистами) запретить думать об этих объектах, а в том, чтобы объяснить, каким образом человеческий мозг (будучи несомненным компьютером!) может мыслить об этих объектах (которые неконструктивны и не могут быть построены!).

Вот фундаментальная разница между «конструктивизмом» и Веданской теорией – та разница, которая показывает, что это вещи, не имеющие на самом деле ничего общего, та разница, которую за 38 лет со времен Гарика Гейдемана так и не смог понять ни один доктор физ.-мат. наук, ни один профессор, ни один академик.

Самый простой пример объекта, запрещенного при «конструктивизме» (но разрешенного в Веданской теории) – это «актуальная бесконечность». У конструктивистов она исключается из рассмотрения. Их лидер Марков пишет в БСЭ-3 (1973):

«В конструктивной математике не применяется характерная для теоретико-множественной математики абстракция актуальной бесконечности, связанная с рассмотрением никогда не завершаемых процессов как бесконечно продолженных и тем самым как бы завершенных» (NATUR3, стр.67, п.2340).

Запретить актуальную бесконечность легко. (Собственно, к такому требованию и сводятся выступления, например, профессора Зенкина; см. МОИ № 108 и №115). Но ведь люди МОГУТ думать об актуальной бесконечности – и задача Веданской теории не запрещать ее, а объяснить (разумеется, в программистских, компьютерных терминах!) КАК это происходит, как  мозг-компьютер может оперировать неконструктивным (!) объектом.

На самом деле всё очень просто. Компьютер ведь оперирует не самими объектами, а их отображениями в памяти компьютера (в ВТ они называются «номиналиями»). Если я думаю о собаке (см. TRANS1, стр.9, фиг.1), то вовсе не с самой собакой работает мой мозг-компьютер, а с ее номиналией (с некоторой структурой данных в памяти компьютера, соответствующей собаке). Следовательно, чтобы мозг-компьютер мог оперировать актуально бесконечным объектом, нужно построить такую номиналию (такую структуру данных), которая «соответствует» этому неконструктивному объекту (т.е. обозначает его для компьютера).

Пусть у нас имеется какой-нибудь бесконечный процесс (осуществляемый программой А), например, вычисление квадратного корня из 2 по древнему алгоритму (MateMrak, стр.13). Программа А работает бесконечно, и ее результат (продукт) НЕ МОЖЕТ быть создан (и, значит, является неконструктивным объектом). Однако сама программа А является материальной структурой в памяти компьютера и как таковая может быть подана в качестве исходных данных некоторой другой программе В, которая по какому-то алгоритму (в общем-то не имеющему ничего общего с алгоритмом А и, в отличие от него, уже отнюдь не бесконечному) строит номиналию результата программы А. И отныне этот (неконструктивный!) объект может быть использован в дальнейшей работе компьютера (мозга).

Такой процесс в ВТ называется «бокоанализом» (поскольку программа В «сбоку» анализирует программу А и строит номиналию ее результата).

Я объяснял математикам эти вещи десятки раз, но ни один из них не был способен это понять и оценить. С характерной для математиков непрошибаемой тупостью они причитали, как академик Решетняк: «Бла, бла, бла... Программистский подход неприемлем!.. Бла, бла, бла... Потому что алгоритмы не могут построить неконструктивные объекты!.. Бла, бла, бла... Всё это уже показали конструктивисты!.. Бла, бла, бла...»

(Михаил Иванович, за эти 38 лет меня уже просто тошнит от их этого бесконечного «Бла, бла, бла...»! Ну как можно уважать их?! Какие это доктора? Какие это профессора? Какие это академики? – Боже мой! Да это же просто невообразимые ничтожества!)

Итак, неконструктивные объекты вводятся в обиход компьютера путем бокоанализа. Нет необходимости их запрещать – достаточно просто понимать, КАКИМ путем они получаются.

Если мы имеем бесконечный процесс А (например, тот же процесс построения √2), то мы можем над ним запускать процесс бокоанализа В (для построения номиналии конечного результата), но можем и НЕ запускать.

Это «программистская сущность» той вещи, которая в менее точных терминах (не имеющих понятия о компьютерной сущности мышления) называется «вводом актуальной бесконечности».  Если мы «актуальную бесконечность» НЕ вводим, то бесконечный процесс считается не завершенным и только бесконечно продолжающимся. (В нашем примере тогда собственно иррациональное число √2 не существует, а существуют только бесконечные рациональные приближения к нему).

Если же мы актуальную бесконечность вводим (т.е. на самом деле если мы производим бокоанализ процесса построения √2), то тогда у нас существует собственно само иррациональное число √2 как (якобы) окончательный продукт процесса А (номиналия которого на самом деле построена процессом В).

Всё это очень просто. Какие-нибудь трудности с точки зрения программиста мог бы представлять только алгоритм бокоанализа В для конкретного алгоритма А, но сам принцип бокоанализа чрезвычайно прост и, казалось бы, должен был бы быть доступным всем. Но не тут-то было! Только не математикам!

3 января 2015 года в 19:50 Решетняк прислал файл Ipat.pdf, в котором пишет (стр.8):

«Заранее невозможно предвидеть, какую чушь тебе поднесут, чтобы ты начал ломать голову, как этот вздор опровергнуть. В ходе нашей дискуссии появились бесконечные натуральные числа, «последний» член последовательности, переставляющие алгоритмы, манипулирование философскими терминами вроде актуальной и потенциальной бесконечности. По своему опыту знаю, что когда в качестве аргумента предъявляют философские положения – это означает, что тебе пытаются навязать какую-то лженаучную дребедень». (Воспроизведено также в МОИ № 31, стр.28).

Вот и всё, что академик Решетняк «понял» из (очень подробного) разъяснения ему положения вещей.

Даже сами понятия потенциальной и актуальной бесконечности у него «философские» и вообще не должны фигурировать в математических рассуждениях. (И не он один так думает – это общая установка теперешней математики!).

На самом деле, как мы только что видели, понятия потенциальной и актуальной бесконечности отнюдь не «философские», а компьютерные, программистские, и относятся они к предельно ясному и чрезвычайно точно определенному предмету: применяется ли в данной системе бокоанализ, или нет; присутствует или не присутствует в ней программа В рядом с программой А.

У Решетняка же (и у множества других профессоров и академиков от математики) понятия расплывчаты и путанны. Они никогда не знают, где у них применяется, а где не применяется актуальная бесконечность, – и именно эта путаница (наряду с другими аналогичными путаницами в других понятиях) позволяет им успешно совершать те логические ошибки, на которых построено сияющее творение их блистательного ума – Великий Канторизм.

Но об этом подробнее в следующих письмах.

Валдис Эгле

11 сентября 2018 года

---

[1] У академика Решетняка были трудности с пониманием слова «таксон». См. МОИ № 29, стр.56 и МОИ № 31, стр.10 (сноска 35). Или здесь: № 29 и № 31.

[2] За редкими исключениями, такими как Зенкин (см. МОИ № 108 и №115) (или № 108 и № 115).

Perelman

Из личного письма М.И. Калтыгина Валдису Эгле от 28 августа 2018 г. в 15:09:

Я случайно, наткнулся на фильм (довольно длинный – 43 минуты) о математике Перельмане. И даже его посмотрел. Ниже – ссылка, а вдруг интересно, – мне, кстати, было интересно.

https://www.youtube.com/watch?v=-56qGNDh6_k&feature=player_embedded

 

от: Валдис Эгле <egle.valdis@gmail.com>

Кому: m.kaltygin@apollo.lv

дата: 30 авг. 2018 г., 0:40

тема: Re: Письмо №3 – Programs

отправлено через: gmail.com

Миша!

История Перельмана мне хорошо известна, и фильм этот я тоже видел пару лет назад. Сейчас посмотрел еще раз – и почитал комментарии – почти все идиотские: либо восхищаются «гением», либо ругают «жидов». Взвешенной оценки не видел.

Тут, конечно, можно целую брошюру написать, если все тезисы разворачивать и доказывать, но мне не хочется сейчас бросать все остальные дела и пускаться в такое плавание. Поэтому чрезвычайно конспективно, только тезисы без доказательств:

1. История с отказом от миллиона была спектаклем, разыгранным евреями «для гоев» под мотив: «Вот, какие мы, евреи, гениальные, и честные, и не жадные!». Ясно, что Перельман получил тайную компенсацию за публичный отказ, на что и живет (чудес не бывает: он же покупает хлеб, платит за квартиру и телефон!).

2. При этом он, конечно, действительно чудаковатый шизоид (в смысле Кречмера и Леви), похожий на Бобби Фишера – ушедшего непобежденным чемпионом мира по шахматам.

3. Он действительно зол на математическое сообщество (что не удивительно – я тоже на них зол, и есть за что: как ему, так и мне). Для меня они – «банда жуликов и негодяев».

4. Подлинная сущность математических проблем: они нагромождают различные алгоритмы друг на друга в различных комбинациях, а потом спрашивают: «Что там будет в конце?» В этом сущность также и «гипотезы Пуанкаре».

5. Эти комбинации алгоритмов могут пригодиться в реальной жизни (как не раз было при «внедрении математических методов»), но в целом ценность решения этих «математических проблем» исторически падает. Ничего столь мощного, как первые алгоритмы вообще счета и арифметики, потом дифференциального и интегрального исчисления, – ничего столь великолепного уже не создается; по большей части эти «проблемы» – пустышки. (Возьми хотя бы, например, Большую теорему Ферма – ну что толку, что она теперь считается доказанной?)

6. Математические доказательства только самим математикам кажутся «строгими». Они, математики, ведь, считают «доказанным» даже то, будто отрезок [0,1] имеет бóльшую мощность, чем множество натуральных чисел, хотя это в лучшем (для них) случае просто постулат, а не доказательства. После того, как они ЭТО объявляют «доказанным», вообще больше ни одному их доказательству нельзя верить.

7. Поэтому: а) неизвестно, сколь реально значение доказанной Перельманом теоремы; б) неизвестно, насколько можно доверять ее доказательству; в) в любом случае мне малоинтересно, что получится при нагромождении таких вот алгоритмов, какие нагромождены там в этих «потоках Риччи» и т.д.

8. Гораздо важнее сначала понимать ВООБЩЕ сущность математики, а если они – не понимая этого – копаются в каком-то нагромождении алгоритмов (не зная, что это алгоритмы), то это не вызывает у меня восхищения. Если бы они понимали вообще природу математики, то и их «проблемы» решались бы легче и достовернее.

В.Э.